Сообщения А.Горелова и В.Малеева на совещании с В.Путиным по вопросу о санитарно-эпидемиологической обстановке в РФ

21 апреля 2020

Горелов Александр Васильевич – заместитель директора Центрального научно-исследовательского института эпидемиологии.

Глубокоуважемый Владимир Владимирович. Я ни секунды не сомневаюсь, что нас ждёт успех в борьбе с коронавирусной инфекцией, был он заложен основоположниками и корифеями отечественной школы эпидемиологии и инфекционных болезней Валентином Ивановичем Покровским, Бениямином Лазаревичем Черкасским, Шуваловой и другими нашими великими учёными и складывается из трёх основных направлений по трём усилиям.

Это прежде всего ранняя диагностика. Очень важно подчеркнуть, что тест-система появилась в стране до регистрации первого больного и доступности диагностики. Татьяна Алексеевна сказала, что в настоящий момент нет того региона, где высокочувствительный метод диагностики недоступен для постановки диагноза.

Очень важно постоянное смещение фокуса среди обследуемых пациентов. Месяц назад главным государственным санитарным врачом принято постановление, позволяющее рассматривать любого больного с внебольничной пневмонией как потенциального больного COVID-19. В настоящее время Москва проводит ту же самую тактику и рассматривает всех больных с острыми респираторными инфекциями как потенциальных больных COVID-19.

Не менее важным является и ранняя изоляция. Я хотел бы подчеркнуть необычность пандемии, связанной с COVID-19: от трети до половины заболеваний протекает в бессимптомной форме. И, что очень важно подчеркнуть, до настоящего момента неизвестна заразительность пациентов с различными формами коронавирусной инфекции и реконвалесцентов, что ставит постоянно новые задачи перед Роспотребнадзором, который адекватно реагирует на создавшуюся ситуацию. Беспрецедентно: 240 документов принято с момента старта коронавирусной инфекции, на выходе – санитарные правила, посвящённые COVID-19. Но я бы хотел обратить внимание на огромную профилактическую работу прежде всего с контактными.

Особую боль вызывают очаги. Татьяна Алексеевна сказала, что к настоящему моменту 285 очагов коронавирусной инфекции. К сожалению, 64 процента приходится на медицинские учреждения. Что говорит, с одной стороны, о малой настороженности и недопонимании медицинскими работниками того факта, что пациент с бессимптомной формой коронавирусной инфекции может поступить в лечебное учреждение любого уровня и требует соответствующего внимания.

С одной стороны, расширение образовательных программ по инфекционным болезням для медицинских работников любого уровня, не только среди врачей, но и среди младшего и среднего медицинского персонала, требует пристального внимания к обеспечению средствами индивидуальной защиты.

Кроме того, не менее важным моментом является проведение дезинфекционных мероприятий, которые чётко отработаны в настоящий момент.

И третье ключевое направление – это раннее начало терапии. Я бы хотел обратить внимание на то, что именно, как сказал Сергей Семёнович, наличие противовирусных и этиотропных препаратов, которые будут назначены в ранние сроки манифестации заболевания, и позволит избежать тяжёлого течения коронавирусной инфекции. Поэтому я думаю, что сосредоточение усилий на отработке эффективных средств противовирусной терапии является также ключевой задачей, в том числе должны использоваться как отечественные прежде всего, так и импортные препараты.

Мы постоянно корригируем, постоянно советуемся с нашими западными коллегами. Например, в пятницу состоялось селекторное совещание с ведущими специалистами немецкого Института Роберта Коха. Они проявляют интерес к тем противоэпидемическим мероприятиям, которые проводятся в нашей стране, и тем тест-системам, которые разработаны в нашей стране и позволяют своевременно осуществлять диагностику данной инфекции.

Ещё раз подчёркиваю, что соблюдение условий и реализация этих трёх направлений позволят добиться успехов в конечном итоге в борьбе с коронавирусной инфекцией.

В.Путин: Спасибо большое. Я вижу, рядышком с Вами сидит Малеев Виктор Васильевич – советник директора. Пожалуйста, Виктор Васильевич.

В.Малеев: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович, уважаемые коллеги.

Я должен сказать, что в целом очень положительное впечатление, потому что если мы начнём сравнивать с другими странами, мы видим, какой взрывной характер носили эти кривые. Мы видим, что у нас она носит плавный характер, эта кривая пологая.

Очень значительное достижение, что количество летальных исходов относительно общего содержания больных значительно меньше, чем в других странах. У нас в целом заболеваемость в России находится на 64-м месте, если считать на 100 тысяч населения, а летальность по сравнению с другими странами значительно меньше. В значительной степени это связано ещё с тем, что по у нас [большое] количество тест-систем, исследований, которые мы проводим, мы находимся на втором месте в мире по количеству проведённых исследований. Это где-то больше 2 миллионов, как говорилось.

Но ситуация такова, что нам бы хотелось, чтобы часто эти исследования были отрицательными. Конечно, хорошо, что у нас их так много. И хотя в целом складывается очень благоприятное впечатление, и все меры, которые были заранее приняты, положительные, но, наверное, каждый случай заболевания, каждый случай, особенно летальный, сколько бы их мало ни было, нас тревожит.

Мы с надеждой каждый день смотрим сводки оперативного штаба, как сводки Совинформбюро мы в своё время смотрели, настолько это всё для нас волнительно, для всей страны.

Поэтому в этой связи я хотел бы обратить внимание на то, что нам надо всё-таки смотреть, как улучшить отдельные элементы в нашей повседневной работе. Наверное, одно из главных – это самоизоляция. И здесь я должен сказать, что какими бы жёсткими наши меры ни были, они в любом случае оправданы.

Но наряду с тем, что мы предъявляем требования к нашим гражданам, мы должны предъявлять требования и сами к себе, должны подумать, что можно ещё сделать, как ещё улучшить нашу повседневную ситуацию. И в этой связи мы должны обратить внимание на контакты. Где наши контакты находятся? Понятно, что главным образом они находятся в организационных коллективах, второй вариант – в семейных очагах. Эти варианты надо продумать.

Хорошо, что Министерство здравоохранения одобрило план профилактики. Но теперь надо проверить, как эта профилактика идёт, особенно в регионах, какой процент лиц, контактных, получают эту профилактику, надо работать с каждым контактным лицом.

Здесь есть целый ряд лиц, допустим, в семьях, – это лица, которые больны хроническими заболеваниями. Известно, что на период COVID-эпидемии мы ограничили, диспансеризация была несколько отодвинута. Это понятно, персонал занят и так далее. Тем не менее мы должны всё равно тщательно проверять, знакомиться, что происходит с этими людьми, которые не выходят из дома, которые повседневно принимали лекарства, обычно мониторить их давление и так далее. То есть потенциальные группы риска мы должны упреждать, не ждать, пока они заболеют, а уже на этом этапе предварительно посмотреть и заниматься этими людьми.

Второй вариант, который тоже очень важен. Важно, чтобы эти контактные лица, которые были, чтобы они не переходили дальше, в заболевшие, в тех случаях, когда они изолированы в домах, хотя они бессимптомные и так далее. Но очень важно, мне кажется, на этом этапе контролировать их постоянно, тоже применять препараты.

И, возможно, определять надо не количеством ИВЛ. ИВЛ – это, конечно, всё хорошо. Но нам надо стараться, чтобы не доводить до ИВЛ, чтобы сделать на более ранней стадии, чтобы на этой стадии сделать всё возможное.

Есть такие простые приборчики, как пульсоксиметры, наверное, надо, чтобы в домах они были. Они достаточно примитивные, каждый гражданин может им свободно пользоваться, при каких-то показателях он моментально вызывает тревогу. Их надо применять, они простые. Может быть, это кажется простым, но на самом деле это значительно увеличит время для оказания помощи.

Следующий вопрос, который очень важен, – об организованных коллективах. Рано или поздно нам всё равно придётся приходить на работу, открывать наши предприятия. В этой связи большую работу проводит Роспотребнадзор, который уже готовит рекомендации, как вести себя на предприятиях. Не надо допускать, надо проверить, как на этих предприятиях, если где-то наблюдаются очаги, может, руководители виноваты, может, кто-то не проходит и так далее. То есть вот этот контроль, без этого контроля мы не сможем.

Следующий вариант. Особенно положительно, когда приезжих, которые прилетают из-за границы, когда их изолируют и так далее. Очень хороший пример Кемеровской области, которая поселила их в обсерваторы. Они поселяют их не в дома, поселяют их в обсерваторы. Это очень важно. Я знаю, что в Москву прибыли ещё люди, сейчас будет прибытие. Мы обязательно должны всех вывозить, но мы в то же время должны продумать, как сделать так, чтобы они не повлияли существенно, поскольку они сейчас прибывают в регион, в котором уже есть такие заболевания. Это, конечно, тоже имеет значение. Вот эта рациональная тактика должна быть продумана.

Как человек, который занимается лечением, который много лет видел это, я хотел сказать, что, наверное, всё-таки хорошо, что у нас проводится компьютерная диагностика, компьютерная томография на ранних этапах, она сильно повлияла. Но всё-таки без определения этиологии нельзя. Потом, компьютерную томографию в каждый дом не принесёшь, если больной находится дома, в изоляции и так далее.

Я знаю, что ФМБА и другие ведомства разработали методы быстрой диагностики: говорят, 20, 30, 40 минут, час, два. Мне кажется, этого вполне достаточно. Надо бы здесь применять, особенно в домах, такую раннюю диагностику. Здесь уже никто не мешает, в комплексе всё должно быть, определить тяжесть течения.

Вызывает значительную тревогу заболеваемость в больницах нашего медперсонала. Конечно, должны быть проведены все эти меры. Не везде сам медперсонал изолируется, не во всех больницах есть возможность, чтобы люди не покидали это учреждение.

Эпидемиология имеет очень жёсткие требования к себе. Одно из таких требований, как я считал бы, – это, во-первых, упорядочить, если есть возможность, режим работы медперсонала. Потому что считается, что обычно после восьми часов работы, после шести-семи часов человек уже не может внимательно наблюдать за собой. Это надо тщательно продумать, оценить, как сделать так, чтобы ни один медработник у нас не заразился.

Вторая вещь. У нас всё-таки ещё мало прямых противовирусных препаратов. Я смотрел опыт в Китае. Там всё-таки было больше препаратов.

Один из методов. Вакцины у нас скоро не будет, но давайте сделаем быстрее препараты, ведь есть профилактика – разрабатывали, давайте контактным дадим препараты, которые одобрены, давайте приготовим эти препараты, потому что пока мы не снизим количество вируса у больных в крови, так называемую виремию, нам трудно будет делать профилактику внутрибольничных инфекций, потому что больной заразный, особенно в реанимации, поэтому нам надо быстрее эти противовирусные препараты прямого действия… Если их у нас нет, надо в Китае. Здесь можно очень быстро сработать.

Что касается плазмы крови, конечно, это очень хорошая ситуация. Во-первых, заготовка и так далее. Может быть, поручить, у нас есть такая практика, разработку иммуноглобулина. Иммуноглобулин более безопасен. Надо продумать на будущее, может быть, сегодня подготовить этот иммуноглобулин и, как при других инфекциях, применять его, плазму – само собой, дополнительная обработка, приготовление. У нас есть такие предприятия биотехнологий, которые могут это быстро делать. Я думаю, что это надо делать. Хотя в целом благоприятная ситуация.

Мне кажется, что мы должны делать всё возможное, особенно на периферии. Контролировать, как работают с контактными, какой там процент контактных, как проводится работа с группами риска. Без этого ясной картины мы никогда не получим.

Спасибо за внимание.


Источник: http://kremlin.ru/events/president/news/63229