Ольга Демичева: Нельзя потерять пациента в погоне за цифровизацией медицины

15 октября 2021

Интересы и безопасность пациента должны ставиться превыше интересов врача, искусственного интеллекта, который помогает врачу в работе, и его разработчиков.

Об этом заявила в интервью президент МБОО «Справедливая помощь Доктора Лизы», врач-эндокринолог, специалист по паллиативной помощи Ольга Демичева в преддверии Пятого Телемед форума, который пройдет в Сколково 3 декабря.

Впервые на Телемед форуме запланировано проведение совместной сессии с благотворительными фондами и общественными организациями.

-Ольга Юрьевна, как меняется роль врача во взаимодействии с пациентом в эпоху цифровизации медицины? Как врачу старой формации научиться работать с этим, не теряя веру в себя и свои идеалы?

-Сейчас часто используется формулировка о пациентоцентрической модели здравоохранения. Вокруг пациента вращаются все возможности современной медицины. По моему глубокому убеждению, несмотря на красивую формулировку, мы постоянно рискуем потерять истинные интересы пациента в этой «цифровой» модели.

Важно не потерять больного в стремительном развитии цифровой медицины. Не за себя как за специалистов у нас есть страх, а за наших пациентов. Врачи, профессионалы своего дела всегда будут востребованы. У нас нет страха остаться за бортом. Но наш пациент, который становится песчинкой в этом «цифровом» водовороте, часто не получает то, на что рассчитывает более всего - сострадание и сочувствие.

Когда человек идет за медицинской помощью, он не просто так идёт за ней. Ему страшно, ему, возможно, больно, у него жизнь рушится в этот момент. У человека колоссальный запрос на помощь и поддержку. И вот этой помощи и поддержки, того, кто положит руку на плечо и скажет: «Мы пойдем рядом», - вот этого сегодня нет.

Мы можем работать с оперирующими роботами, можем иметь грандиозные диагностические аппараты, фантастические операционные, суперсовременные лекарства, но нельзя взять и выбросить оттуда фактор человеческого сочувствия, сострадания и милосердия. А это происходит. Врачи выгорают, выгорают массово. Оптимизация, которая происходит в здравоохранении, вероятно, преследует самые благие цели, но именно человеческий фактор этой оптимизацией не учитывается. И пациенты, обездоленные в плане запрошенного сострадания, идут искать его на стороне. Они идут к шарлатанам и гадалкам в худшем случае, а в лучшем - обращаются в благотворительные организации. И в этом смысле рынок благотворительных некоммерческих организаций оказался чрезвычайно востребованным.

-Цифровизация не выдавливает врача из профессии, но убирает гуманистическую составляющую из профессии и лишает пациента чувства защищенности. Это опасная тенденция?

-Если мы принимаем как аксиому посыл, что человеку нужен человек, то эта тенденция опасна именно утратой этой коммуникации «человек-человек».

-Как устроены благотворительные фонды в России? Как человеку понять, куда ему обратиться, в какой фонд? И на что можно рассчитывать?

-Рассчитывать, как это не удивительно, можно на многое. Дело в том, что благотворительные организации, которых сегодня в России тысячи, в подавляющем большинстве оказывают помощь людям, которые имеют проблемы со здоровьем. Это самый востребованный рынок - оказание помощи тем, кто оказался в тяжелой жизненной ситуации из-за проблем со здоровьем.

Широк пласт организаций, которые помогают бездомным людям. Наша организация этим направлением тоже традиционно занимается.

-Почему нужно обращаться в благотворительную организацию, если любую медпомощь можно получить бесплатно по полису ОМС? Когда возникает такая потребность?

-Такая потребность возникает в тяжелых небанальных ситуациях, когда государство не может помочь. Например, паллиативной помощи в России еще 20 лет назад вообще не было. Государство не видело смысла вкладывать деньги в неизлечимо больных пациентов и все паллиативные проекты держались на благотворительности. Колоссальные усилия благотворительных организаций были приложены для того, чтобы иную позицию услышало руководство государства, чтобы они поняли, что человек смертен, что рано или поздно уйдет каждый. Только 12-13% - это мгновенный уход, остальные - это медленное умирание. И если мы не покажем защищенность каждого до самого конца, мы не станем социальным обществом. Сейчас это очевидность, а начиналось все с благотворительных организаций. Туда люди шли за помощью, потому что им больше некуда было обратиться с такой бедой.

-Есть ли какая то общая аналитика по благотворительности, которая позволяет оценивать эффективность работы благотворительной организации?

-Все благотворительные организации имеют какое-то свое направление деятельности. Дублирующих друг друга практически нет. Поэтому сравнивать себя с кем-то или конкурировать непродуктивно. Сравнивать результаты работы можно со своими результатами за предыдущие годы. Можно сравнивать результаты своей деятельности с аналогичными программами других фондов. Каждую неделю мы готовим отчетность, скольким людям помогли, сколько потратили на это средств.

-Это же огромные массивы данных. Как внутри благотворительной организации организована работа с этой информацией? Как современные технологии помогают хранить и обрабатывать информацию? Пользуетесь ли вы программными продуктами?

-Без этого сейчас вообще невозможно. У нас же тысячи благополучателей и без такой постоянной цифровой учетности и отчетности мы будем терять данные и не сможем показать эффективность нашей работы.

-Как вы считаете, нужны ли программные продукты, которые бы частично сняли рутину с деятельности фондов?

-Мы будем благодарны всем, кто возьмется улучшить нашу отчетность, прозрачность всех наших операций. Недавно мы полностью переделали наш сайт, который помогает жертвовать адресно на программы, уставную деятельность и проекты нашего фонда. Сделать пожертвование стало гораздо проще.

-Крайне мало в обществе поднимается тема этики и ответственности врача, который работает уже не один на один с пациентом, а вместе с программными продуктами и искусственным интеллектом. Где заканчивается ответственность доктора и начинается ответственность производителя программного продукта? Кто будет отвечать за ошибку в лечении?

-Прежде всего, это вопрос защиты персональных данных пациента. Врачи имеют специальные защищенные выделенные линии, когда проводят телемедицинские консультации. Хранят информацию на защищенных серверах. С другой стороны, обладателем персональных сведений становится и электронный помощник, искусственный интеллект. Он становится фигурантом и хранителем тайны пациента. Вопрос: а кто программирует электронного помощника? Насколько правильной была база, на основании которой принимались решения врача и ставился диагноз?

Давайте гипотетически представим, что у нас есть идеальный электронный помощник, который может верно и на самом высоком уровне интерпретировать данные и выдать варианты решений для специалиста. Но если помощник не учел маловероятные решения? Если врач не подумал об этом маловероятном течении процесса тоже, и была не оказана достаточная помощь пациенту? Кто виноват: врач или электронный помощник? Всегда есть исключения в «больших данных», которые электронный помощник может просто не учесть, а врач не придать должного значения, доверившись искусственному интеллекту.

-Нужно ли фильтровать бизнесовую проактивность в создании новых программ для медицины?

-Поле-то непаханное, огромное, а вдруг получится - думают предприниматели в айти-сфере? Все еще в доктора мечтают поиграть попутно. Мало того, что ты умеешь делать что-то в высоких технологиях, так надо еще и полечить. Я называю это уровень «Почти бог», когда программисты, «цифровые» бизнесмены думают: сейчас вот щелкну тут, и генетическая программа старения будет приостановлена и будем жить вечно. К сожалению, прожектов много там, где нет высоких знаний в области биофизики, биохимии, анатомии… Кажется, что все просто, что можно любое механическое решение экстраполировать на живой организм. А живой организм устроен чрезвычайно тонко. И огромное количество взаимодействий, которые происходят в живом организме, должно быть учтено. Чем глубже мы вторгаемся в организм, тем больше шансов накосячить. К сожалению, многие точечные вторжения имеют резонанс такого масштаба, что мы хотели помочь, а убили. Так бывает.

-Правильно ли я понимаю, что в деле цифровизации медицины нужно отталкиваться от запроса врача? Запрос на новые продукты должен идти не айтишников, а от здравоохранения.

-Я понимаю, что вы сейчас ждете от меня положительный ответ. Но у меня ответ будет и да, и нет. С одной стороны логично предположить что врачебный запрос - это оптимальный путь для развития цифровизации медицины. Но тогда это будет очень медленный и витиеватый путь. А если люди, которые обладают какими-то новыми знаниями в сфере ИТ, предлагают нам свои технологии, а мы думаем, как эти технологии можно встроить в нашу работу, это очень важный и более продуктивный путь. Нам надо идти на встречу друг к другу.


Источник: https://ligap.ru/news/news_23551.html