Академик Александ Чучалин: "Наши больные, перенесшие COVID-19, оказались брошенными". Реабилитация вне закона

27 апреля 2021

О тяжелейшем постковидном синдроме сегодня говорят практически все специалисты и исследователи. Да и статистика осложнений после заболевания со временем меняется только в худшую сторону. Сегодня в реабилитации нуждаются 84% переболевших новым вирусом россиян. А кто-то из экспертов считает, что восстановление необходимо каждому, кто перенес новый вирус, независимо от степени тяжести болезни. «Пренебрегать реабилитацией после такого заболевания ни в коем случае нельзя», — утверждали академики на онлайн-собрании научного совета РАН «Наука о жизни», посвященном реабилитации после COVID-19.

Но насколько российская медицина и социальные структуры готовы реабилитировать всех и каждого, переболевшего коронавирусом? Есть ли для этого условия в поликлиниках и больницах, специальные программы? И как не подцепить этот вирус второй и третий раз?

Переболевших в первую очередь накрывает СХУ

Так что это такое — реабилитация после ковида, в том числе медицинская? Кому из переболевших, когда и какое требуется восстановление? Какие анализы надо сдавать и какие исследования проходить? И что должен делать сам пациент, чтобы избавиться от последствий новой инфекции? Ведь кто-то перенес COVID-19 бессимптомно, кто-то в средней тяжести, а кто-то и вовсе еле выжил, выбираясь из болезни с помощью искусственной вентиляции легких в реанимации.

Очень важные вопросы. Ответы на многие из них прозвучали на днях на ученом собрании.

— Постковидный синдром — это особое состояние человека, перенесшего опасный вирус. В последнее время весь мир обеспокоен тем, как переболевшим людям преодолевать последствия заболевания, — констатировал академик, вице-президент и председатель научного совета РАН «Науки о жизни» Владимир ЧЕХОНИН. — Ведь коронавирус — коварнейшее заболевание, которое способно поразить практически все органы и системы человека: легкие, сердце, нервную, мочеполовую и другие системы и внутренние органы. Все это не проходит бесследно. После лечения пациенты испытывают все: от легкого недомогания и слабости до психоэмоциональных проблем, резкого снижения работоспособности, толерантности к физическим нагрузкам и др. В первую очередь страдают верхние дыхательные пути, бронхи, легкие.

— Тема эта крайне актуальна, — поддержал коллегу другой академик РАН, ведущий специалист в области пульмонологии в нашей стране, зав. кафедрой госпитальной терапии РНИМУ им. Н.И.Пирогова Александр ЧУЧАЛИН. — Полтора года назад были надежды: и с этим вирусом быстро справимся. Но теперь понимаешь, что надо знать не только эпидемиологию COVID-19, но и, что не менее важно, — его профилактику. Причем и первичную — не дать людям заболеть, и вторичную — не позволить болезни трансформироваться в тяжелую форму, а главное, чтобы заболевание не стало причиной ухода человека из жизни.

Важно понять, какие изменения происходят в организме переболевшего после лечения и как выходить из этого состояния? Британские исследования, к примеру, говорят о том, что 29% пролечившихся поступают в стационары повторно с осложнениями; 12% после выписки из больниц умирают. И данные одного из центральных госпиталей США неутешительны: повторно госпитализируются 15,5%. А одна из ведущих особенностей постковида — синдром хронической усталости (СХУ). Но самое главное последствие — стрессы (фиксируются у 8 из 10 переболевших). Я не знаю ни одного другого заболевания с таким результатом.

Также снижается острота памяти. Уязвим и миокард: у многих переболевших диагностируется миокардит. То есть сердце под ударом наравне с легкими.

Зарубежные исследования показали: через 7 месяцев после начала острого заболевания COVID-19 у пациентов отмечаются: усталость (у 78%); недомогание после физнагрузок (у 71%); когнитивные нарушения (проблемы с памятью, концентрацией внимания и т.п.) — у 57%; неспособность полноценно работать (у 68%). Негативные процессы идут и в поджелудочной железе, в печени. Особенно у пациентов с ожирением, при котором не только сама болезнь труднее вылечивается, но это предрасполагает к постковидному синдрому.

Поэтому сегодня, по мнению академика Чучалина, ученым и практикам нужно «копать» в области профилактики. Но...

— Наши больные, перенесшие COVID-19, брошены, не организованы, — делает вывод Александр Григорьевич. — Обращаться к узким специалистам, которые бы хорошо разбирались в неврологии, гепатологии, панкреатологии, пульмонологии и др. тонкостях лечения постковидных проявлений, у самих пациентов нет возможности. Но выход все же есть. Исторически «вирусная тема» в нашей стране близка к проблеме ревматизма. В середине ХХ века в мире и в нашей стране бушевал ревматизм. От этой болезни страдали до 25% всех пациентов. Тогда в России были созданы ревматологические диспансеры и кабинеты, основой которых была профилактика болезни — физиотерапия, бальнеология, лечебная физкультура, массаж...

Такой вариант помощи пациентам, находящимся в постковидном периоде, можно организовать и сегодня.

«Остатки вируса добьют термический гелий и оксид азота»

Сегодня уже есть немало медицинских способов борьбы с постковидным синдромом — и новые, и давно забытые старые, констатировали ученые. В Российской академии наук разработано новое направление: лечение вируса COVID-19 с помощью медицинских газов — не только кислорода, но и оксида азота, термического гелия, водорода. Это может стать базисной терапией для выхода из осложнений после заболевания. Практикой доказано: при вирусном заболевании на первом этапе хорошо помогает гелий. А затем надо подключать оксид азота, который в клинической медицине России применяется с конца 90-х годов прошлого века. С тех пор в больницы его поставляют в баллонах, которые заправляют на заводе медицинских газов.

— Вирус очень чувствителен к температуре, — пояснил академик Чучалин. — Репликация (синтез) его прекращается при температуре +50°C. Такие исследования проведены в Стэнфорде (США), в Сингапуре и Брно (Чехословакия). А в России мы начали использовать уникальные свойства гелия, которые открыл русский ученый Петр Капица. Термический гелий способен обеспечивать легкость дыхания, доставку кислорода к тканям, и своей температурой убивает все вирусы. Особенно он хорошо помогает в критических ситуациях. При температуре свыше 60–70 градусов вирусная нагрузка падает на 70%.

Сейчас эту практику мы осваиваем на базе Склифа при лечении тяжелых ковидных пациентов в реанимации. Видим, как улучшается их кислородный статус, как быстро (на следующие сутки) в их организме фиксируется отрицательная реакция. У них меняется ситуация с лимфоцитами, и тромболитическая система приходит в норму.

Собственно, мы ничего нового не придумали, просто с почтением отнеслись к гениальным работам наших ученых. Кстати, в 1978 году Петр Капица и Лев Ландау получили Нобелевскую премию за изучение гелия. Сегодня российские ученые доказали, что этот химический элемент может спасать жизни даже в тех случаях, когда аппарат ИВЛ малоэффективен. И уже разработан уникальный метод, который позволяет сформировать концепцию ведения больных и с коронавирусом. Сейчас эти исследования мы проводим на базе Склифа. Создали специальную группу, чтобы это внедрять. Я думаю, это прорывная технология, она резко уменьшит число тяжелых больных и тех, кто находится в критическом состоянии.

Отечественные ученые обратили внимание и на лечебные свойства смеси гелия и оксида азота. Это забытый метод, но очень эффективный и при данной патологии. Речь — о комбинированном лечении с помощью гелия и оксида азота. Это российское ноу-хау. Получены положительные результаты лечения пациентов такой смесью — оксид азота улучшает микроциркуляцию крови и предотвращает тромбообразование, а нагретый гелий убивает вирусы. Многие мировые ученые хотели бы заполучить и просят дать им российские разработки по лечению гелием и оксидом азота, комментирует способ академик Чучалин.

В том же Склифе для ликвидации последствий коронавируса начали проводить ингаляции водородом и изучать конденсат выдыхаемого воздуха до и после них. Выяснилось: водород устраняет в организме переболевших активные формы кислорода, провоцирующие цитокиновый шторм, и при этом сохраняет нормальный метаболизм окислительно-восстановительных реакций. В результате у пациентов уходит одышка, нормализуются сон и артериальное давление.

«Мы не бросаем своих пациентов и после выписки»

— В нашем центре сформирован регистр заболевших коронавирусом — таких в списке 1130 человек, — поделилась своим опытом директор НМИЦ профилактической медицины и главный внештатный специалист по терапии и общей врачебной практике Минздрава РФ Оксана ДРАПКИНА. — Но и после выписки мы не бросаем своих пациентов, проводим их опрос на 6-й и 12-й месяцы. Дело в том, что более чем у половины наших пациентов есть сердечно-сосудистые заболевания; 70% имеют ожирение; у 48% другие тяжелые хронические патологии: сахарный диабет, обструктивная болезнь легких (ХОБЛ), бронхиальная астма.

Продолжаем наблюдать за пациентами с помощью различных обследований, КТ. Важно понять, что происходит с их сердцем, легкими, каковы особенности их иммунного ответа после лечения от ковида. Уже ясно, что у многих остаются фибротические изменения в легких, у пациентов с проблемным сердцем отмечаем миокардит, сердечную недостаточность, а это осложняет выздоровление. Повторно были госпитализированы 11,6% пролечившихся у нас пациентов. Из них с острым инфарктом миокарда 0,6%; с острыми нарушениями мозгового кровообращения — 0,35%; летальный исход после выписки зафиксирован у 3%.

— Есть мнение, что тромбы могут провоцироваться антителами, — приоткрыла завесу профессиональной тайны Оксана Михайловна. — Это обнаружено в половине образцов в сыворотке крови. Таких пациентов мы тоже ведем, лечим. Самое интересное, что в их крови достаточно эритроцитов, но они склеиваются, меняют форму. Считаем это наиболее частым спутником постковидного синдрома, заключила эксперт Драпкина.

«Оживить работу в физиокабинетах при поликлиниках»

Итак, что в сухом остатке? Своеобразный итог ученого собрания подвел академик РАН, зав. кафедрой восстановительной медицины, реабилитации и курортологии Первого МГМУ им. Сеченова Александр РАЗУМОВ.

— Сегодня уже можно говорить о некотором опыте лечения тех ковидных больных, которые выписаны из стационаров с осложнениями. Сроки и темпы их восстановления зависят от клинической картины заболевания конкретного пациента, функции его внешнего дыхания и от сопутствующих факторов, таких как возраст и наличие хронических болезней. Если нет угрозы прогрессирования патологии, то главная цель при этом — функциональное восстановление организма и повышение переносимости физических нагрузок. А если угроза есть? Например, доказано, что пневмония, вызванная ковидом, приводит к особенно тяжелым последствиям — полиорганным патологиям. И без должной медицинской реабилитации может переходить в хронически запущенные формы болезни.

В принципе, чтобы избавить перенесших COVID-19 пациентов от последствий заболевания, надо использовать уже давно известные способы физиотерапии в рамках кабинетов ЛФК (сегодня ими располагают многие клиники и поликлиники). Задача — устранить последствия функциональных резервов легких, сердца, увеличить мышечный кровоток, устранить психологические и даже психические проблемы. В арсенале физиотерапевтов сегодня есть азоно- и электротерапия, ингаляции, лечение последствий вирусных поражений магнитом, лазером и многое другое.

Кстати, люди, переболевшие ковидом в легкой форме, подвержены более тяжелым осложнениям, считает эксперт Разумов.

Академики убеждены: для людей, перенесших сложный вирус COVID-19, необходимо срочно внедрять универсальные методики амбулаторных и санаторных мероприятий, в самые сжатые сроки разработать программы реабилитации. Научные предпосылки для этого уже есть. Они могут стать основой для создания в самые сжатые сроки эффективных немедикаментозных методик, включая в том числе бальнеологические и другие природные лечебные способы, которые пригодятся и в случае мутации нового вируса.

…Ученые, как видим, что касается реабилитации постковидного синдрома, проделали немалую работу. Кто-то индивидуально пытается применить для лечения переболевших давно забытые, но эффективные технологии. И в некоторых федеральных центрах пытаются, кто во что горазд, помочь пациентам избавиться от осложнений. Но когда эти бесценные наработки, спасающие жизни людей, станут повсеместной практикой? Кто-то должен собрать все крупицы опыта и организовать если не специальные диспансеры для лечения постковидного синдрома, то хотя бы «оживить» работу в физиокабинетах (кабинетах ЛФК, массажных, лечебной физкультуры и др.) при поликлиниках и больницах. Время не ждет. Переболевшие ковидом страдают сегодня, и они хотят жить сейчас.

Источник: https://www.mk.ru/social/health/2021/04/27/akademik-aleksand-chuchalin-nashi-bolnye-perenesshie-covid19-okazalis-broshennymi.html?utm_source=yxnews&utm_medium=desktop&utm_referrer=https%3A%2F%2Fyandex.ru%2Fnews%2Fsearch%3Ftext%3D
Новости